Дрофа

50 миллионов лет, с эоцена, дрофы процветали. 200 лет назад под Магдебургом – это в центре Европы, дроф было так много, что они, «как бы покрывали собой поля». Еще столетие минуло, а
тысячные и тысячные их стаи по-прежнему паслись на десятки верст вокруг в задонских и казахских степях.

В прошлом дрофы были одной из крайне многочисленных птиц. Теперь даже в лучших местах Казахстана осенние скопления дроф не превышают нескольких десятков птиц. Дрофа избегает лишь настоящей пустыни и участков с высокой кустарниковой растительностью.

Ранней весной, с первым появлением тепла и образованием проталин, дрофы возвращаются с зимовок в свои гнездовые места. В разных частях ареала это наблюдается в марте и апреле.

Весенний перелет происходит днем, обычно парами или небольшими группами в 3-6 птиц, реже в одиночку. Первое время после прилета дрофы держатся табунками и, как только степь обсохнет, приступают к токованию.

Дрофа одна из самых крупных птиц отряда дрофы: в зависимости от пола и сезона вес ее колеблется от 4 до 11 и даже 16 кг.

От других птиц дрофу нетрудно отличить по крупному размеру, мощным неоперенным ногам, по пестрому оперению, в котором сочетаются рыжие и белые цвета, а также по отходящим от подбородка усам – пучкам удлиненных нитевидных перьев.

Дрофа молчаливая и осторожная птица, особенно в стаях. Благодаря хорошо развитому зрению пасущиеся в степи птицы издали замечают приближение опасности и улетают.

Взлетает дрофа с разбегу, тяжело поднимая и опуская громадные крылья, но, поднявшись, летит сравнительно легко и быстро, делая равномерные и глубокие взмахи.

Одиночные птицы, особенно в жаркую пору, иногда искусно затаиваются, чему способствует хорошо выраженная покровительственная окраска.

В безлюдные степи явился человек, вооруженный плугом и еще более опасными для дроф ружьем и палкой. В осенние дожди не смазанное жиром – нет копчиковой железы – перо дрофа быстро намокает, смерзается при первых же холодах, и тут бьют их кому не лень просто палками.

Варварство, конечно, и запрещенный способ охоты. Добыча-то очень возбуждающая аппетит: доступная, вкусная и весьма весомая. С небольшого оленя, с косулю, если старый петух-дудак попадается.

Для охоты на дроф специально изобреталось фантастическое оружие: множество спаянных вместе очень длинных ружейных стволов, в Китае трехметровые и больше. Чтобы с дальней дистанции градом пуль поразить зоркую птицу.

Подбирались к дрофам на укрытых ветвями повозках, которые сами же и волокли. Теперь автомобили облегчили этот трудный охотничий подвиг.

Распашка степей, конечно, тоже повинна в том безрадостном явлении, что резко снизилось количество дроф. Однако дрофы приспосабливаются к измененным человеческим хозяйством ландшафтам. Гнездиться стали и на полях.

Надлежащая охрана бесспорно, помогли хотя бы сдержать оскудение нашего края этими великолепными птицами. Пример – опыт стран Восточной Европы или даже Германии. Много ли под Берлином нераспаханных степей?

А здесь, в ближайшей близости, на пашнях и полях орошения живут дрофы. Один молодой петух в 1964 году прилетел даже в самый центр Берлина и как «павлин» был доставлен любезной публикой в зоосад.

Здесь в апреле на болотистых бранденбургских равнинах, которые сегодня все больше и больше превращаются в пашни и луга, рано по утрам, перед восходом, когда еще холодно, а иней и туман укрывают землю, вдруг беззвучно и призрачно «на однотонно-серой сцене» распускаются огромные белые «цветы».

Можно еще подумать, что это громоздкие кучи перьев, но никак не дрофы. Особенно загадочно и непонятно все это выглядит, когда какой-нибудь такой «цветок» внезапно исчезнет, чтобы позднее бесшумно и таинственно снова расцвести на другом месте.

На некоторых участках можно увидеть иногда в округе нескольких километров пять, шесть и больше этих загадочных предметов, которые, содрогаясь и покачиваясь, поворачиваясь вокруг себя, или совершенно неподвижно торчат вверх из голой земли.

Когда с рассветом туман рассеется, трудно сразу понять, что это такое белое и большое тут и там возвышается на лугу. Видно, что стоит на птичьих ногах и движется.

Узнается, что это «нечто» бесформенное «сооружено» из белых перьев, местами из розоватого пуха. Но где у него перед, где зад – непонятно.

Размножение и гнездование дрофы

Для тока самцы выбирают ровный открытый участок степи или вершину пологого холма с низкорослой растительностью, которая не мешает обзору местности. Токуют дрофы или группами, или в одиночку.

Ток происходит обычно утром, но наблюдается и перед вечером, а изредка и днем. Самцы появляются на токовище перед восходом солнца и токуют до 7-8 часов утра.

Раскрыв веером и вертикально подняв хвост, впустив до земли крылья, самцы медленно расхаживают поодаль друг от друга.

С появлением на току самок возбуждение их возрастает, и они иногда вступают попарно в ожесточенную драку. Спариваются птицы на току, после чего самки уходят к своим гнездам.

Токование происходит приблизительно с середины апреля и в мае. Свое гнездо самки устраивают на земле, в виде неглубокой ямки, скудно выстланной сухими стеблями травы.

Ямку самка выкапывает сначала ногами, клювом выдергивает оставшиеся стебли степных растений и наконец вращательными движениями тела округляет ее. Иногда гнездовой подстилкой служат примятые стебли.

Диаметр гнезда составляет 23-27 см. В полной кладке чаще бывает 2-3 яйца зеленовато-бурой или оливковой окраски с неясными буроватыми или рыжевато-бурыми пятнами и крапинками.

Размеры яиц: 17-87 х 55-61 мм. Насиживание яиц, как и воспитание птенцов, производят только самки.

После того, как самки они сядут на яйца, самцы постепенно соединяются в небольшие табунки и откочевывают к местам линьки.

К насиживанию самка приступает после откладки первого яйца и делает это весьма старательно; в случае опасности прижимает голову к земле, совершенно сливаясь с окружающей обстановкой.

Продолжительность насиживания, по одним данным, 25-28, по другим – 28-30 дней, птенцы начинают появляться со второй половины мая – начала июня.

0бсохнув, пуховички покидают гнездо, но, будучи еще слабыми и беспомощными, несколько дней держатся близ гнезда, питаясь преимущественно «муравьиными яйцами».

При опасности самка старается отвлечь внимание врага от птенцов, отбегая в сторону с опущенными вниз крыльями и поднятым кверху распущенным с ярко-белым подхвостьем. Птенцы в это время затаиваются на земле.

Как только птенцы подрастут и окрепнут, самка удаляется с ними в степь, где выводки держатся довольно скрытно и разобщенно друг от друга. В возрасте 35-40 дней молодые начинают летать, достигая к этому времени половины размера самки и веса около 2 кг.

В конце июля – начале августа выводки соединяются в общие табунки, покидают гнездовые места и начинают широко кочевать по степи. Стайный образ жизни дрофы ведут до весны следующего года.

Виды дрофы

Дрофа в общем серо-рыже-бурая. Белое у нее подхвостье, некоторые перья крыльев, беловатое брюхо. Этого, казалось бы, мало, чтобы «за несколько секунд» превратиться в «белую загадочную фигуру».

Дрофа закидывает на спину хвост, и тогда белые перья подхвостья «куполом» укрывают сверху птицу. Крылья неописуемым образом изгибает так, что белоснежные их перья «красивыми белыми розетками» маскируют ее темные бока, а черно-коричневые перья крыльев выворачивает белым исподом наружу!

Горловой воздушный мешок на шее раздут шаром с футбольный мяч. Голова запрокинута назад и утонула в буйстве взъерошенного пера, и не видно ее. Лишь щетинистые «усы», вырастающие к этому времени на щеках, торчат вверх, обозначая местоположение головы. В таком виде токуют петухи-дудаки. 

Джек, вихляй, или воротничковая дрофа, с длинными перьями на шее (токуя, распускает их широким воротником) обитает у нас в Закавказье, в Средней Азии и на юге Западной Сибири.

Кроме того, в Северной Африке и в степях Азии от Турции до Монголии.

Джек заметно меньше обычной дрофы, а стрепет, называют его также карликовой дрофой, вдвое-втрое меньше Джека, с тетерева.

Гнездятся стрепеты на севере Марокко и Алжира, в Испании (здесь и обычные дрофы сохранились), кое- где во Франции, Германии, в Восточной Европе и в наших степях от Молдавии до предгорий Алтая.

Токует он, прыгая на месте, отчего в земле выбивается ямка – «точок». Скачки высокие: секунд 10-15 в прыжке хлопает со свистом крыльями и кричит «цррр!».

Прыгая как стрепет и «квакая» как лягушка, токует и небольшая индийская длинночубая дрофа-флорикан. На затылке у нее, словно вымпелы, гибкие длинные перья, распушенные на концах.

Южноафриканская красночубая дрофа, «как футбольный мяч», со свистом, внезапно вылетает из травы, где, токуя, прыгала. Устремляется вертикально вверх, приблизительно на 70 метров.

В конце взлета вдруг складывает крылья, какое-то еще время по инерции летит вверх, затем камнем падает вниз, хвостом вперед. Лишь у земли раскрывает крылья и быстрыми взмахами тормозит падение.

Африка особенно богата дрофами разных видов. Токовые позы и приемы у многих живописны. Исполинская дрофа, выше, но стройнее и легче нашей, сверкая белым подхвостьем, раздувает горло «печной трубой» и глухо ревет, подобно страусу: «Вумм-вумм».

С «кудахтаньем» в мастерских пике и виражах токует в воздухе, очень красивый черно-бело-рыжий коорхан.

В Австралии лишь один вид дрофы, и тот завезенные сюда лисы грозят совсем извести. Необыкновенная фигура получается, когда токует австралийская дрофа.

Распушенные шея и хвост и другие подобные фокусы нас не удивят. Это и у других птиц видели. Но вот пышно оперенный «подгрудок», столбом спущенный до земли, – трюк небывалый.

Этот безмерно раздутый и вытянутый вниз горловой мешок, кроме зримого эффекта, производит и весьма внушительный акустический. Резонируя, далеко разносит по округе усиленный многократно крик токующей птицы.

http://biofile.ru/bio/3906.html